Мастер добрых дел

Небольшое помещение мастерской мало чем напоминает ювелирное ремесло как таковое. Лобзики, какие-то странные металлические махины, баночки с жидкостями, измазанные чем-то тряпочки. Сам мастер держит в руках предметы, про которые и не подумаешь, что с их помощью рождаются шедевры. Одним словом – загадка…

Нас журналистов, инженеров да электрогазосварщиков – пруд пруди. Скоро места не останется. А есть еще и редкие профессии, что там – ремесла. Один мой старый знакомый - ювелир. Костику еще всего ничего – 21 год, а совсем недавно он открыл собственную мастерскую. Я, признаться, уже успела заказать у него одно колечко. Принесла старые серебряные кольца и нарисовала то, что хочу. Когда я получила просто великолепное кольцо, меня шарахнула мысль: каково чувство, когда ты из куска металла делаешь что-то подобное? Да и вообще, как это – быть мастером таких вот добрых дел? Костина мастерская находится в здании Теннис клуба в одном из домов МЖК. Сейчас это ювелирный салон «Флориан», но в скором времени Костик планирует отделить салон от мастерской и перенести его в другое место. Не самое здесь выгодное местечко для торговли ювелирными изделиями. А вот для мастерской – самое то.
Небольшое помещение мастерской мало чем напоминает ювелирное ремесло как таковое. Лобзики, какие-то странные металлические махины, баночки с жидкостями, измазанные чем-то тряпочки. Сам мастер держит в руках предметы, про которые и не подумаешь, что с их помощью рождаются шедевры. Одним словом – загадка…
 
АртПарк: Как ты докатился-то?
Костя: Да вообще-то я докатился до этого уже в 9 классе. Тогда меня отец начал учить.
АртПарк: То есть ты потомственный ювелир?
Костя: Потомственный, да. У меня отец ювелир. И двоюродный дядя очень известный ювелир в Ярославле. Павлов его фамилия. Я его ни разу не видел, но знаю, что он есть.
АртПарк: Какими нужно обладать особенными способностями, чтобы стать ювелиром?
Костя:  Способности нужны художественные, но вообще, главное – это желание. Если есть желание, человек всего может добиться.
АртПарк: Где этому учат?
Костя: Мой отец окончил школу редких профессий в Ярославле. Учился там на гравировщика. И он просто блестяще гравирует! Очень много школ, на самом деле. Всех сейчас не припомню. Есть всем известное село Красное, у всех, я думаю, на слуху. Там практически одни ювелиры живут. Там и завод, и мощное училище. И в Москве есть, да и во многих других городах. А в Оренбурге нет. По-моему до 90-го года было прикладное отделение в художественном училище, где я и учился.
АртПарк: То есть у тебя есть художественное образование?
Костя: Да. Оренбургское Художественное Училище. ОХУ. (закатисто смеется)
АртПарк: Что самое интересное в этой профессии?
Костя: Мне вообще все нравится. А если с эксклюзивными изделиями работаешь – голову ломаешь над тем, как сделать, как добиться какого-то нужного результата.
АртПарк: А тебя самого не удивляет, когда из какого-то неприглядного куска металла получается красота?
Костя: Да нет, привык я уже. Это же все плавно начиналось. Сначала, когда еще учился, не все получалось. И из этого неприглядного куска и изделия получались неприглядные. Постепенно стало получаться.
АртПарк: А ты почему ты не стал работать на отца, у него ведь своя мастерская?
Костя: Потому что мы немного с ним не поделили кусок хлеба. Так получилось, что я свое дело открыл. Нельзя с родственниками работать. Плохо это.
АртПарк: Но это же трудно, дело-то свое открыть?
Костя: Ну как сказать, раздобыл денег, оформил документы, съездил в Москву, купил инструменты, нашел аренду и открыл. (хихикает) Сложно, но можно. Если постараться!
АртПарк: «Раздобыл денег»… Представляю себе сразу, как пошел ты с мешком и пистолетом деньги «добывать». Как добыл? Где?
Костя: Ну это не важно… Часть взаймы, часть – свои накопления.
АртПарк: И что, уже рассчитался?
Костя: Да нет еще, пока не рассчитался. Работаю на долги.
АртПарк: А вообще работа денежная?
Костя: Ну ты знаешь, вообще да. Определенный капиталец здесь можно заработать. Если с головой подойти к этому вопросу. Можно подняться. Это как бы такой неплохой фундамент в жизни – мастерская. Конечно, здесь больше какого-то предела не заработаешь. Есть предел. Ну, скажем, 100 тысяч в месяц. Больше ты не заработаешь. Но на этом фундаменте можно что-то другое уже думать, какие-то капиталы определенные.
АртПарк: Бывают плохие ювелиры?
Костя: Да, все упирается в деньги. До какого-то этапа человек набирает мастерства, начинает зарабатывать и упирается в тупое зарабатывание: пилит, точит одно и то же. И роста никакого. Многие люди всю жизнь работают на одном уровне. Будочка какая-нибудь стоит у них, вот и пилят там, да паяют.
АртПарк: А как расти?
Костя: Ну как расти? От человека зависит. Думать нужно постоянно и что-то новое придумывать. И не останавливаться на достигнутом.
АртПарк: А у тебя есть свои собственные изоберетения?
Костя: В смысле изделий? Есть… У меня один браслет эксклюзивный ушел в Израиль. Он был  грамм на сорок весом с восьмью бриллиантами. Его там по-моему даже в какие-то журналы фотографировали, надеюсь не обманули.
АртПарк: А откуда ты возьмешь бриллиант, если я тебе колечко с ним закажу?
Костя: Есть такие фирмы, с которыми мы заключаем договора, и они нам поставляют.
АртПарк: В Оренбурге такие фирмы?
Костя: Ну, в Оренбурге есть посредники. Ну а металл – клиенты приносят лом, из него и изготовляем.
АртПарк: А камушки сам обрабатываешь?
Костя: Камушки нет, не обрабатываю. Только вставляю их в металл. Есть у нас на Ленинской филиал одной российской фирмы, там все эти камушки любых размеров есть.
Все камни, какие вообще существуют – там есть.
АртПарк: Сколько времени занимает одно изделие?
Костя: Это зависит от сложности. Какое-то рядовое изделие, цепочка например – пять часов, сложное эксклюзивное изделие – бывает и неделю мучаешься.
АртПарк: И сколько за эти пять часов корпения над цепочкой ты получишь денег?
Костя: Самое известное плетение «Бисмарк» грамм на 10 будет стоить 1800-2000 рублей. Ну и на аренду и прочие налоги уходит. Немножко.
АртПарк: Ну как ты можешь оценить на данный момент – тебе достаточно остается?
Костя: Ну, жить можно. Если бы мне не достаточно было, какой бы в этом смысл был: открываться и работать? Будем расти.
АртПарк: Планы на будущее - огромный ювелирный дом?
Костя: Нет, конечно. Я хотел бы сделать просто мастерскую, набрать еще учеников – вот один у меня уже есть. Подмастерье.
АртПарк: То есть ты уже мастер?
Костя: Ну не знаю, можно и так сказать. Людям виднее. Ну вот, набрать еще учеников, научить их, чтобы они достойно делали. Ну и пускай они делают. Просто делают и имеют свой процент. А к этому времени деньги-то уже, я думаю, будут. Будем дальше развиваться. Пока я не думал об этом, пока у меня планы по развитию мастерской. Наделать эскизов оригинальных, чтобы прям стенд поставить, инструментов еще подкупить… Развиваться всегда есть куда.
АртПарк: А есть среди ювелиров какие-нибудь соревнования?
Костя: В Оренбурге нет. Конкуренция есть, конечно. Много сейчас ювелиров развелось. Негласная у нас конкуренция.
АртПарк: Ведь существуют всякие выставки. Ты в них участвовал?
Костя: Существуют. Я в них не участвовал. Там во-первых деньги нужны, чтобы туда вообще попасть. А во-вторых, с цирконами туда не имеет смысла соваться. А с бриллиантами дороговато получится. Туда ведь чтобы попасть, нужно делать целый гарнитур: колье, серьги, браслет. И все это с камнями. Выйдет это в копейку – тысяч сто только сырьём. Только чтобы сделать. Не говоря уж о взносе, который нужно внести за участие. Да и времени нужно очень много. Я сейчас практически один работаю, заказы приходится делать самому. Времени остается очень мало. Только ночь.
АртПарк: А по сколько часов в день ты работаешь?
Костя: Восемь-десять, а то и 12 часов в день. Сижу, пилю золотишечко лобзиком. (смеется).
АртПарк: Как развлекается ювелир?
Костя: В смысле я? По-разному. Клубы посещаю. Амнезия и Пилот. Банька да горные лыжи.
АртПарк: Есть у тебя мечта какая-нибудь дурацкая, ради которой ты работаешь?
Костя: Мечта? Не думал об этом. Подняться на ноги, стать известным, востребованным. И чтобы люди от моих эксклюзивных изделий кайф получали.
АртПарк: Если я захочу научиться ювелирному делу, что мне делать?
Костя: Платишь 30 тысяч рублей, я тебя беру в свои ученики и учу тебя делать всякие штуки. В Москве 5 тысяч долларов стоит обучение. А в Оренбурге вот такие расценки у мастеров. И он будет тебя учить, пока у тебя не получится.


Я смотрю на его руки. Черные пальцы ювелира похожи на пальцы чернорабочего. Ими он делает красоту. Чтобы люди «кайф получали». «Руки-то отмываются?» - спрашиваю. «Щеточкой да порошочком», - отвечает.

Инна Сифонова



 
artpark.ru Смотри, читай!
© Все права защищены. 2009 - 2018 г.